«Я хочу веселиться, беззаботно — как в детстве»

Несколько дней назад Светлана Ходченкова вернулась со съемок на Мальте, всего пару недель в Москве — и снова в полет, на съемки очередного западного проекта.

— Сняться в Голливуде, да еще в таком звездном партнерстве, для российской актрисы — большой успех. Что вы обнаруживаете в себе «голливудского»?

— Ничего (смеется). Не то чтобы я в себе этого не обнаружила, я не обнаружила этого в людях, которые со мной работали. В частности, Хью Джекман — знаменитость, голливудская звезда, тем не менее ничего в нем нет «звездного». Он абсолютно простой и адекватный человек, на 100 процентов профессионально выполняющий свою работу. Никаких звездных замашек, да и зачем они ему, он уже всем все доказал. C ним интересно и возможно разговаривать. А «закидоны» как раз бывают у тех, у кого амбиции не подкреплены реальными делами, и для них, видимо, «звездность» бесценна.

— Многие сейчас стремятся уехать из России, вам наверняка не раз предлагали?

— Я не собираюсь переезжать в Голливуд, мне и здесь прекрасно. Я не рассматриваю себя как актрису американского кино. Мне нравится работать в России. Будут какие-то интересные предложения оттуда, я поработаю там. Я — человек мира и не хотела бы ограничивать себя какими-то территориальными рамками. А что касается голливудских проектов, благодаря «Росомахе» американские кинокомпании узнали о моем существовании и у меня появилось больше предложений. Только в этом смысле что-то изменилось. Но для них, конечно, целое испытание выговорить мою фамилию.

— Актрис много, но вы смогли стать одной из немногих. Кому или чему вы обязаны такому успеху?

— Жизнь у артиста в основном складывается из случайностей. Я оказалась в нужное время в нужном месте и не отказалась от возможности. А еще, конечно, я могу сказать спасибо своей маме, которая мне ничего не запрещала. Все, чем я хотела заниматься, я занималась. Модельные школы, через которые я прошла, их было штуки три, наверное. А еще баскетбол, танцы, балет, фигурное катание — все, что только можно представить, я все попробовала. Но в то же время я благодарна за то, что когда нужно, мама могла и заставить: через не хочу, из-под палки, занятия английским языком, например. И сейчас я свободно чувствую себя в английском, он мой второй рабочий язык.

— Период «гадкого утенка» бывает практически у каждой девочки. А помните ли вы, когда поняли, что красивы?

— Наверное, когда пришла в модельное агентство, стали делать какие-то тестовые съемки, говорить много хорошего. Потом начались поездки в Париж, в Японию, подписание первых контрактов. Мне было 15—16 лет. Причем я очень хорошо помню, что хотела быть именно манекенщицей. Я смотрела программы, в которых модели ходили по подиуму, повторяла за ними, а в школе на переменках мы с девочками дефилировали друг перед другом — такое детское хобби.

— Несмотря на успехи в модельном бизнесе, почему вы все-таки поступили в театральный?

— Я поняла, что хочу работать «душой». В моей жизни был период учебы в экономических вузах, но все это было мне чуждо. И я решила попробовать поступить в театральный — вдруг получится? Я подавала документы во все вузы, но приняли только в Щукинское, куда я как раз больше всего и хотела. Там царила какая-то очень уютная атмосфера, что для меня, домашней девочки, было очень важно.

— В ваших интервью я часто сталкивалась со словами: «хотела отказаться», «было страшно»... Что вас заставляет преодолевать ваши страхи и сомнения?

— Страх — это главное чувство, с которым я живу и постоянно борюсь. Страх сковывает и не дает двигаться вперед. И только ты сам можешь с этим справиться. Поэтому все дело в преодолении. Бывает, что предлагают сыграть характер, а ты понимаешь, что это вообще не ты. Тебе говорят: «А ты попробуй!». Называется — роль на преодоление. И если я по жизни очень положительный человек, мне просто необходимо попробовать сыграть какой-то отрицательный персонаж, чтобы понять, есть ли во мне что-то подобное, и если есть, то в каких масштабах.

— Своего рода психотерапия получается...

— Абсолютная. Кто-то ходит к психотерапевтам, а я занимаюсь психотерапией на работе, играю в кино, и мне же еще за это и деньги платят. Очень удобно (смеется). Сейчас на Мальте, например, мы снимали проект про дайверов. Нужно было погружаться на глубину. Согласилась на проект, во-первых, из-за замечательных партнеров Кости Хабенского и Дениса Шведова. А во-вторых, из-за страха. Я безумно боюсь глубины и никогда не плаваю там, где не могу увидеть дна. Поэтому для меня это был вызов самой себе. Я понимала, что если я соглашусь, назад пути нет, обратно с архипелага Мальта меня уже никто не выпустит. В общем, что-то преодолевать интересно, все это провоцирует на новые достижения.

— В январе на экраны выходит фильм «Чемпионы», в одной из новелл вы сыграли олимпийскую чемпионку по конькобежному спорту Светлану Журову. Не страшно было?

— Страшно интересно! Во-первых, мы со Светланой были знакомы до этой картины, а во-вторых, Светлана Журова хотела, чтобы ее играла именно я. Мне это было, конечно, очень приятно и лестно.

— А кататься на коньках научились?

— Да, меня учили кататься. Это невероятно сложный и опасный вид спорта. Очень острые полозья, которыми легко можно порезаться, плюс опасность вывихнуть голеностоп — коньки крепятся только за ступню. Поэтому в кадре мои ноги дублировали реальные спортсменки и иногда сама Светлана Журова. А еще было немножко неловко сниматься в этом облегающем костюме. Он очень тоненький, как колготочки, и в нем чувствуешь себя совершенно раздетой, и при таких ощущениях приходится еще и играть. Необычный опыт... Мы снимали в действующем ледовом дворце, в холоде. Вот опять же — бедные спортсмены, они постоянно в холоде, и организм должен быть мобилизован к любой ситуации, нельзя расслабиться ни на секунду, не имеешь права заболеть...

— Как и вы со своим графиком...

— Я вообще не имею права ни на что. Контракты, обязательства, жесткий график — никто ради меня не отменит съемку.

— Нам, например, для того, чтобы найти время в вашем графике, за год пришлось договариваться о съемке.

— Представляете, у меня с друзьями так же — они хотят встретиться, а я им в ответ: «Так, секундочку, сейчас я посмотрю график...» Шутки шутками, ну а что делать?

— А вы можете представить свою жизнь без снега?

— Без снега? Нет, не могу. Я очень люблю зиму. Это мой любимый период. Я абсолютно зимний человек. А те, кто не любят, просто не умеют ее «готовить»! Я катаюсь на лыжах, коньках с друзьями здесь, в Москве, или мы можем куда-то уехать, но опять же в зиму, в снег. Мы любим прогулки по морозному лесу — укутаешься тепло-тепло, снег хрустит под ногами, приятно морозит щеки, воздух свежий. А если зимой еще оказаться на даче, с друзьями, шашлыки с костром на снегу! И я люблю, когда мне холодно, даже больше, чем когда жарко.

— Ровно десять лет прошло с вашей первой картины у Станислава Говорухина, и недавно вы снова встретились с ним на съемочной площадке. Чем Светлана Ходченкова десять лет назад отличается от Светланы Ходченковой сегодня?

— Я вам больше скажу, мы 10-летие отметили со Станиславом Сергеевичем на съемках нашей новой картины будучи в Одессе, 27 августа, день в день спустя 10 лет. За это время столько всего было пройдено. Я надеюсь, что отличаюсь большим погружением в профессию. И да, теперь я спорю с режиссерами. Тогда я не то чтобы этого не понимала, я не знала, что так вообще можно делать. Ну как? Это же режиссер, это же Говорухин! Зачем я ему буду что-то предлагать, спорить с ним. А сейчас предлагаю и спорю.

— Светлана, для многих вы запомнились ролью стервозной одинокой Саши в сериале «Краткий курс счастливой жизни». Что в этой героине «ваше» и чего в вас точно нет?

— Я не курю, в отличие от своей героини. Что есть? Упрямство, много детской непосредственности, я об этом часто слышу от своих друзей и просто обязана в это верить. Она немного сумасбродная и себе на уме. Она добивалась своих целей, я тоже стараюсь. Может быть, какие-то ее поступки мне непонятны, поведение эксцентрично. Но характер очень-очень даже похож.

— А правда, что вас легко можно смутить? Кто или что заставило вас краснеть в последний раз?

— Я сама себя смутила, когда пришлось соврать. А когда я вру, всегда краснею — либо щеки, либо уши. Поэтому стараюсь не врать.

— А если отбросить работу, обязательства, где бы Cветлана Ходченкова хотела сейчас оказаться?

— На Бали и только на Бали. С любимым. А еще лучше с любимым и друзьями. Я обожаю большие шумные компании. Меня иногда убивает тишина, мне хочется, чтобы было с кем пошутить, побеситься, посмеяться. Потому что в жизни постоянно приходится себя сдерживать, вести какие-то умные разговоры, быть нормальным, адекватным человеком. А вне работы я хочу веселиться, беззаботно — как в детстве.

На правах рекламы:

http://teplosity.ru/ у тепла есть имя Стальные шаровые краны Broen Ballomax.