Интервью со Светланой Ходченковой на съемках Glamour

Со съемок в Европе, Америке и Японии самая успешная из молодых российских актрис спешит на съемку Glamour, а потом — к любимому мужчине. Мы узнали у Светланы Ходченковой, мечтает ли она об «Оскаре» и почему ей нельзя оставаться одной.

— Вы буквально светитесь и все время улыбаетесь. Влюблены?

— Да. Для женщины это самое главное: без любви все остальное теряет смысл.

— Но не всем ведь удается встретить любовь.

— Наверное, если у тебя есть друзья, ты уже не одинок. У меня есть подруги, и с каждым годом их становится все больше: жизнь постоянно сталкивает меня с людьми, с которыми я по-настоящему сближаюсь. Но все-таки для меня главное, чтобы рядом был любимый. Без этого никак.

— Вы с подругами делитесь личными переживаниями? Советуетесь по всем вопросам?

— Свою личную жизнь я ни с кем не обсуждаю. Если возникают разногласия с любимым, не молчу, сразу решаю. Мне кажется, нужно разговаривать со своей второй половинкой, и тогда любую проблему можно решить. А наедине с самой собой меня нельзя оставлять: я очень мнительная, могу столько себе напридумывать...

— То есть у мамы совета вы тоже не спрашиваете?

— Я взрослый человек, сама справляюсь. А маму стараюсь вообще оградить от проблем. Если мне хочется узнать ее мнение, я рассказываю ей историю от третьего лица: «Мам, у одной моей подруги такая ситуация...» Она начинает вслух размышлять над этой ситуацией, а я из этих размышлений какие-то идеи для себя отбираю.

— Вот интересно, с такими женщинами, как вы, случается безответная любовь?

— Ну какими «такими»? Две руки, две ноги — я такая же, как все. Другое дело, что я не особо влюбчива и достаточно стабильна в отношениях.

— А первая любовь с вами давно случилась?

— Еще в школе. При этом я была абсолютной пионеркой: меня даже за руку подержать было нельзя. Я старательно делала вид, что мне все равно, и в результате мальчик был уверен, что у меня нет к нему никаких чувств.

— Что, на ваш взгляд, самое сложное в отношениях между мужчиной и женщиной?

— Не прогибаться под другого человека, стараться удержать равновесие. На компромисс должны идти оба, выстраивать отношения, складывать кирпичик к кирпичику. Это все приходит с опытом. Мы смотрим, как живут наши знакомые, проецируем их ситуации на себя. Присматриваемся... Мне повезло с профессией: играя своих персонажей, я становлюсь немножко психологом.

— Актерские навыки помогают вам? Например, держать себя в руках во время ссоры.

— Мне кажется, нет. Я гиперэмоциональный человек. Могу расстроиться из-за мелочей. Для меня важна интонация, с которой со мной разговаривают. Меня можно критиковать, но эти вещи должны быть сказаны правильным тоном. Метод кнута не для меня, со мной можно только пряником.

— Кэмерон Диас как-то сказала, что прожить всю жизнь с одним человеком — скучно, и она за то, чтобы 5 лет быть с одним мужчиной, 5 лет — с другим и так далее. Вы с этим согласны?

— Нет, нисколько. Во всяком случае, я готова посвятить свою жизнь одному человеку. Какой смысл растрачивать себя? К тому же я хочу иметь детей, а у них должна быть полноценная семья, с мамой и папой, а не с постоянно меняющимися людьми. Я готова согласиться с тем, что любовь может пройти. Но я также верю в то, что, если люди хотят сохранить отношения, они это обязательно сделают. Конечно, работать над собой и над отношениями сложно: гораздо проще обратить внимание на более успешного, или, например, более молодого человека, чем пытаться склеить то, что есть.

— В работе у вас все складывается удачно: вы уже снялись в нескольких западных проектах, например, в фильме «Шпион, выйди вон!» с Колином Фертом, «Росомахе» с Хью Джекманом. Думаете о том, чтобы попробовать получить «Оскара»?

— Думаю, в глубине души об этом думает каждый актер. Приятно об этом мечтать... Вообще, хотелось бы работать в Америке, но для этого нужно там жить. Ты должен быть доступен в любое время, потому что вдруг позвонит продюсер и захочет срочно пригласить тебя на завтрак, чтобы обсудить свой новый проект.

— Так, может быть, попробовать переехать за океан?

— Все мои близкие и любимые люди здесь. Не хочу ностальгировать по родине — лучше я буду скучать по ней в отпуске.

— Когда отправлялись в Голливуд на съемки, было страшно?

— Я вообще очень боюсь ответственности! И когда я узнаю, что меня утвердили на роль, чуть ли не первая мысль всегда — отказаться. Я начинаю представлять, какие потом будут статьи, что за комменты посыпятся... Я ведь очень мнительная, если читаю что-то плохое, сразу думаю: «Все, немедленно ухожу из профессии!»

— А чем отличаются съемки у нас и на Западе?

— Уровнем организации, конечно. У них на площадке все расписано, каждый четко знает, что ему делать. Актеру создают все условия для того, чтобы он сосредоточился на образе. А у нас зачастую даже мешают. Но, как это ни парадоксально, сниматься в России мне гораздо легче психологически.

— Актеры одержимы своей профессией...

— Я не одержима. Мне очень нравится этим заниматься, но я не фанатик. Я оставляю себе время, чтобы просто жить: встречаться с друзьями за ужином, ездить отдыхать, ходить в гости.

На правах рекламы:

Чечил бар Астана